Сайт имеет возрастное ограничение 18+. Если вы не достигли совершеннолетия, то немедленно покиньте сайт

Страница заблокирована Роскомнадзором

- Ну и покажи мне своего будущего мужа. - сказал Женька
Я приподнялась над диваном, дотянулась рукой до древнего, почти антикварного серванта и вытащила фотографию, которая занимала почетное место между стеклами.
Женька принялся серьезно ее рассматривать, морща лоб, отчего его лицо приобрело такое выражение, как будто он решает сложную задачу на толчке.
- Дохлый какой-то: - Наконец выдал он - Ты же говорила, что любишь больших мужчин.
- Сам ты дохлый. Я где-то читала, что у каждой женщины в подсознании живет образ ее отца, как идеального партнера.
- Да, я тоже много всякой дряни читал
- Ой, какие мы умные, какие начитанные. Ничего, что я здесь голая?
- Ничего, ничего. Я много всякой дряни видел.
Я немедленно вскочила, дабы красиво удалиться. Но, ввиду того, что я лежала у стенки, то скакать мне предстояло через весь диван и через большого Женьку, а потому, он без труда поймал меня за ногу, отчего я шмякнулась на его широкую грудь, чуть не проехавшись носом по ковру. Красивый уход оскорбленной дивы серьезно смазался.
Женька затащил меня на диван и придушил подушкой. Я куснула его за палец, вырвалась, но была вновь поймана за ногу при попытке пересечь лежащее на пути тело.
Под руку попался ушастый плюшевый заяц, подаренный мне на день рождение еще в общаге и путешествующий теперь со мной по Москве. Зайцем я и треснула Женьку по лбу.
- А ты, между прочим, его видел. И не надо делать вид, что не узнаешь.
- Быть того не может.
- Помнишь, когда вы с Катькой пришли в первый раз? Помнишь, парня, который сидел на балконе, когда ты мне лекцию по астрономии читал? Так вот, это был он.
- Не помню. Не помню, что б кто-то сидел на балконе. А уж разговаривать с тобой о звездах, по-моему, никому не придет в голову.
Еще удар зайцем.
- А что ты будешь делать, если он сейчас придет? - Пугаю я Женьку.
- Я не гордый, я и с балкона спрыгну.
- Ты и не храбрый, тут первый этаж.
- Ах, так. Хорошо. Я не шевельнусь, даже трусы не одену. Проходи, скажу, тезка, давай знакомиться. Общая тема для разговора у нас уже есть.
Проблема состояла в том, что Женька считался официальным другом моей университетской подружки Катьки. Как говорится, не одна была бутылка выпита вместе и не одна ночь потрачена на беседы о том, какие мужики сволочи и какая женская дружба сильная вещь. Осложнялась же проблема тем, что я собралась замуж. В районном московской загсе лежало заявление, из которого следовало, что некий молодой человек, по иронии судьбы - тоже Женя, и я, желают сочетаться законным браком.
- А ты, что будешь делать, если Катька зайдет в гости по старой привычке?
- Я? Ну ты, милый, задачи ставишь. Не знаю, наверно, провалюсь под землю. Или тоже брошусь с балкона, только заберусь повыше.
- Интересно, как это будет выглядеть. Ты поднимешься на последний, девятый этаж, позвонишь в дверь к незнакомым людям, тебе откроют с вопросом, что вы, девушка, хотите, а ты молча проследуешь через квартиру, на глазах у изумленных хозяев начнешь отдирать заклеенную на зиму балконную дверь.
- Нет. Я культурно попрошу у них разрешения броситься с их балкона.
- А они скажут, да- да, пожалуйста, конечно, проходите. Можете посмотреть журналы, пока наш дедушка отклеит балконную дверь.
- А с чего ты взял, что они еще не отодрали дверь? На улице июнь.
- А с чего ты взяла, что они ее отодрали? И вообще, что ты имеешь ввиду под словом "отодрали"?
- Ой, какой ты нудный! Боже, какой ты нудный!
Женька наклоняется надо мной, его широкие плечи бывшего профессионального спортсмена закрывают мне весь потолок и я не успеваю, как это часто бывает, поймать мысль о том, что люстру бы надо протереть влажной тряпкой.
- Да, я нудный. Да, такой я нудный. - Шепчет он, целуя меня в шею именно так, как я люблю. - И я буду тебя сейчас нудно трахать
Удивительно, как некоторые индивидуумы мужеского полу умеют обслюнявить всю шею, не доставив при этом никакого удовольствия. Нет, Женька не такой. Женька - отличный любовник. С ним хорошо, он умный и все понимает.
- Если ты будешь делать это нудно, я усну.
- Ради бога. - шепчет Женька. - Я буду представлять, что занимаюсь некрофилией.
Я глажу его плечи, которые сейчас заслоняют от меня мир, опускаю ладони по рельефному торсу и забираюсь руками под простынь, которой мы укрыты в честь жаркого московского лета.
Господи, за что же ему бог дал такое тело! Оно настолько гармонично сложен, что пока он принимает душ в моем крохотном, так называемом санузле, я всегда усаживаюсь на крышку унитаза, и подобрав коленки к подбородку, смотрю. Женька ржет, пошло просит потереть спинку, брызгается мыльной мочалкой, но я не поддаюсь на провокации. Сижу в старенькой футболке с рисованными кошками, как правило, еще без трусов - и смотрю.
Женька красив весь, я имею ввиду, что у него красивый, пропорциональный член. Это не шутки, мужские достоинства тоже бывают разные - красивые и не очень, трогательные и смешные, солидные и легкомысленные. Это совершенно не имеет значения в процессе любовного акта, но с эстетической точки зрения радует, как произведения искусства, выполненные самой природой. Не помню, кто и с чего вдруг сказал, что женщины любят ушами, а мужчины глазами. Любой наезд на уши, а особенно фразу "я тебя люблю", сказанную в первую же ночь близости, я не переношу на физиологическом уровне. Я даже прекратила отношения, собственно, так и не начав их, с одним, может быть очень неплохим человеком, после такого реверанса с его стороны. Картинки же впечатываются в мой мозг, как длинные ногти в растаявшую на солнце шоколадную плитку. Дело не в абсолютной красоте. Просто, я люблю глазами, я вижу красоту и сексуальность в довольно обыденных вещах, в том, как мужчина двигается, в выражении лица, когда читает, в том, как спадают на лоб его волосы, когда он наклоняется. Женька, к примеру, крайне сексуально протирает лобовое стекло своего "Москвича". Несколько раз он подвозил меня до работы с заездом на заправку, где протирал тряпкой окна. Простое такое действо. Вы, дорогие читательницы, никогда не обращали внимания на то, как ваш муж или любовник это делает. Посмотрите, а вдруг это не только мой "пунктик", вдруг вы, приглядевшись, захотите своего постылого мужа прямо на заправке. Мужчина, как правило, не подозревает, что вы за ним наблюдаете, потому физиономия у него в момент вытирания стекла крайне серьезна, даже брови сдвинуты к переносице, взгляд проходит сквозь женщину, сидящую в это время на переднем сидении автомобиля, не задерживаясь. Может быть, это все очень глупо, но я нахожу сию картину крайне будоражащей воображение и странно сексуальной.
Женька целует мне шею, плечи и шершавой ладонью гладит живот, бедра и ноги, кажется, стараясь запомнить руками форму моего тела. Ироничное, немного высокомерное выражение постепенно уходит с его лица, взгляд перестает фокусироваться на деталях. Когда желание возрастает, другие человеческие ощущения теряют остроту и значимость.
Я выгибаюсь навстречу его руке, слыша собственное дыхание в воцарившейся вдруг тишине. Женька прижимается небритой щекой к моей груди и начинает, как кот тереться о нее. Почему глупые женщины не любят легкую мужскую небритость? Это же так эротично и так возбуждающе действует на кожу. И еще, конечно, хорошая мужская шевелюра. Это моя слабость.
Я запускаю пальцы в Женькины волосы, где они немедленно теряются и исчезают.
-У тебя есть сердце. - Он чуть приподнимает голову и я вижу его лицо: его темные добрые глаза, его чуть неправильной формы нос, его тонкие губы, неверно трактуемые в физиономистике, как признак вредности характера; и все это представляется мне столь прекрасным, что в глубине души шевелится страх.
- А ты думал, его нет? - Я провожу ладонью по его лицу.
- Я не знал. - Он опять прижимается ухом к моей груди. - Но сейчас я слышу, что оно бьется.
- Это потому, что я живая.
- Нет, это потому, что ты хорошая. - Женька приподнимается надо мной, глядя прямо в глаза и: кажется я вскрикнула.
Я люблю момент начала любви почти так же, как и момент ее высшей точки. Нет, не закрою глаза: Ну почему мужчины делают это с открытыми глазами, имея удовольствие видеть лицо партнерши в процессе, а женские глаза предательски закрываются. Или , может быть, это не у всех, может быть это только у меня.
Сколько раз я усилием воли пыталась сдержаться, но меня хватало на три, максимум пять секунд. Исключительно до того момента, когда в глазах мужчины появляется животная агрессия, которой инстинкт женщины повелевает не перечить, и живущая в подкорке мазохистка опускает веки и эгоистично отдается.
****
- Ну что ты меня теребишь, как плюшевого мишку? - Женька попытался увернуться от накатившей на меня нежности и сползти на пол, к пакету с апельсиновым соком, живущему рядом с диваном.
- Нет ничего прекраснее лика мужчины, который только что тебя хорошо трахнул. - Засмеялась я, вцепившись ему в коленку.
- Лики у святых. - Поправил Женька, пытаясь выдернуть ногу из моих объятий, - святые безгрешны, а то, чем мы занимаемся есть грех, ибо не освящено церковью.
- Ты хочешь трахнуться в церкви?
- Богохулка.
- Бого: чего?
- Маньячка какая-то! - Женька все же вырвался. - Во влип!
- Я? Да я, можно сказать, жертва! Ты меня обольстил, соблазнил и воспользовался минутной слабостью.
- Минутной? - Женька, усевшись на ковер, принялся пить сок прямо из пакета. - Если мне не изменяет память, ты мне совсем поспать не дала в нашу первую встречу. И потом, не надо ля-ля. Никто тобой не пользовался, надо было меньше "Сангрии" хлестать.
Зазвонил телефон, я не успела достойно ответить на вражеский выпад.
Это звонил Женечка.
- Привет, родная.
- Привет. - Слова на секунду застряли в горле, но потом, ничего - выбрались. - Ты что не спишь в такую рань?
- Я сегодня мать к зубному возил. Только что вернулись. Захотел услышать твой голос.
- Хочешь, я тебе спою?
- Только не это! - Женечка засмеялся - Все, что угодно, только не это
- Твои родители в эти выходные уезжают на дачу? - Я стояла голая в прихожей, наблюдая, как Женька делает вид, что сосредоточенно смотрит телевизор. Даже включил его.
- Да, слава богу. За тобой заехать?
- Давай. Я попробую слинять с работы пораньше. Я позвоню с Дмитровки.
- Хорошо. Я уже начинаю ждать. Целую тебя.
- Я тебя тоже, Женечка.
Я положила трубку. Женька пялился в телевизор с таким видом, как будто не сидел голый посреди комнаты, разложив свое хозяйство тут же, на ковре, а изучал некий серьезный вопрос в ленинской библиотеке.
- Интересно? - подсела я к нему.
- Да. - неопределенно сказал Женька. - Можно вопрос?
- Ну?
- Ты его любишь?
- Ты уверен, что нам надо обсудить это?
Женька промолчал. Он не ответил нет, но не сказал и да.
- То-то же. - Я выждала несколько секунд. - Мне с ним хорошо, как дома под одеялом. Он классный, мне все девки завидуют. И потом, это моя жизнь, это мое дело. Разберись лучше с Катериной. Она ко мне на работу сегодня зайдет плакаться.
- А что у нее случилось?
- Кое-кто ей нервы мотает.
- Да ну? - Женька оторвался от телевизора. - И кто бы это мог быть?
Слава богу, улыбается, слава богу, переключил кнопочку у себя в голове. Этого еще мне не хватало - выяснять отношения накануне собственной свадьбы с потенциальным мужем своей собственной лучшей подруги.
- Ладно, я в отличии от некоторых, не вмешиваюсь в личную жизнь своих любовников.
Я показала Женьке язык и ускакала в ванную, успев закрыть дверь на крючок до того, как он попытался ворваться следом. Как только я, по своему обыкновению, резко вывернула кран, в физиономию мне ударила струя воды. Железная кишка душа подпрыгнула от напора, грохнулась пластмассовой головой в ванную и завертелась, как змея, орошая хозяйские коврики. У Женьки есть один серьезный недостаток - он НИКОГДА не переключает смеситель на кран, чем раздражает меня неимоверно. Причем, я уже ему неоднократно указывала на этот недостаток - безрезультатно. Если бы это был мой Женечка, я б ему всю плешь проела. А тут, вроде, чужой человек, детей не крестить, что называется, вот и молчу через раз.
***
С любимым Женечкой мы встречались уже года два. Если быть точной - один год и восемь с половиной месяцев. Мы привыкли друг к другу, сроднились, можно сказать. Имевшая место страсть переросла в спокойные добрые отношения. Я и решила, что уже вышла из того периода, когда в сексе снимаются тормоза, когда забываешь, где ты находишься и кто человек, который рядом с тобой. Я даже в глубине души предполагала, что слегка поостыла и уже не получится у меня ощутить былое страстное желание. Именно страсть, а не любовь или потребность во флирте.
И тут, когда вопрос о будущей свадьбе с Женечкой был уже практически решен, на горизонте появился Женька. Я не помню точно, когда я поняла, что в любом случае, рано или поздно это произойдет. Помню только, что эта мысль вжилась в мою голову довольно быстро. Когда у людей возникает обоюдное желание заняться любовью, они начинают при разговоре смотреть прямо в глаза друг другу. Вернее, один начинает, а второй подхватывает этот взгляд, если желание обоюдно. Не знаю, стоит ли заносить это утверждение в фолианты по психологии полов, но, по-моему, это верный знак.
Голова совершенно пошла кругом, от напускной сдержанности и осторожности не осталось и следа. Причем, когда мы встретились с Женькой в первый раз, у меня, что называется, ничего не шелохнулось. Была тривиальная пьянка на квартире, которую я снимала. Случилась она, как большинство таких мероприятий, совершенно спонтанно. Я ждала только моего Женечку, с которым намеревалась провести выходные в тишине и идиллии. Он пришел с другом, которого я видела впервые и бутылкой "Мартини", с которым была хорошо знакома. Потом подтянулась Катя, снимавшая квартиру в том же районе, со своим новым ухажером. Это и был Женька. Я помню, мы сидели на балконе в ободранных, как большинство мебели в сдаваемых московских квартирах, креслах и выпендриваясь друг перед другом, упражнялись в острословии. Приход Катьки с новым человеком придал нашим посиделкам новый импульс. Соответственно, пошли еще и за водкой.
Пока ребят не было мы с Катькой курили, а Женька слонялся по квартире.
- Ты читаешь "Космополитен"? - Спросил он, бросив взгляд на бардак, процветавший буйным цветом на кухонном столе уже неделю. - Да. Классный журнал.
- По-моему, полное дерьмо. - Пожал плечами Женя.
- А ты, откуда знаешь? Ты его тоже читаешь?
Надо же быть таким невежливым, просто хамом каким-то, честное слово! Первый раз в доме и уже прется со своими глубокомысленными замечаниями.
- Нет, Катя его очень любит.
Катька, сидевшая тут же, радостно захихикала, как будто он отвесил ей гусарский комплимент, а не сказал гадость, причем в третьем лице.
Женечка с товарищем вернулись, спиртное было разлито, вечер продолжился привычным образом и я забыла про неприятные выпады нового гостя. Вскоре Катерину пришлось снести в койку. Не вынесла трепетная душа алкогольной смеси. Друг Женечки, имя которого я не запомнила, впрочем, как и внешний облик, удалился в ночь. Мы остались на балконе втроем, Женечка, правда, что-то притих.
- Какие звезды яркие. - Сказала я, что б хоть как-то прервать неловкую тишину.
- А ты знаешь, где Большая медведица? - Вдруг спросил Женька.
- Нет.
Смутные сомнения зашевелились в моей душе. Где-то это уже было: Ах да, это же чудный фильм "Безымянная звезда"! Герой начинает свой половой акт с героиней с того, что показывает ей созвездие "Большой медведицы". Знаю я эти подходцы! Это как с хиромантией. Если малознакомый мужчина с многозначительным видом предлагает Вам погадать по руке, знайте - он Вас хочет трахнуть! Сто процентов! Проверено не единожды. Это не хиромантия, это херомантия на самом деле. Наука, знаете ли, такая.
- Знаю. - Сказала я, нервно пытаясь выскрести сигарету из полной пачки.
Этого еще не хватало. Мой дорогой и любимый Женя тихо дремал в кресле напротив. Этот конь педальный сейчас зажмет меня прямо перед закрытыми глазами будущего мужа.
- И где она? По твоему мнению.
Даже в темноте было видно, как мерзко он ухмыляется. Сам, небось, нажрался, а делает вид, что умничает круче всех.
- Там: - Я кивнула влево.
- Там, если я ничего не путаю, у вас овощной магазин.
- Нет, - я, наконец, выцарапала сигарету, осталось найти зажигалку. - Ты сам ничего не знаешь, овощной магазин у нас справа.
Женька вдруг вышел с балкона. Я замерла в некотором недоумении. Что бы это значило? То ли этот дурак столь нежно организован, что обиделся, то ли он совсем не хотел погадать мне по руке. Женечка начал похрапывать в кресле. Меж тем, Женька вернулся с зажигалкой.
- Смотри сюда, следи за рукой. - Сказал он, в качестве приманки, используя необходимую мне зажигалку. - Белую медведицу очень просто увидеть. Смотри, вот первая звезда, очень яркая. Вернее, она не совсем первая: Дальше, следи за рукой или если тебе так удобнее, за зажигалкой в моей руке. Дальше идет собственно, ковш, о котором все знают.
Не могу сказать, что он ко мне прижался, но то, что у него в штанах присутствует эрекция, я ощутила своей задницей немедленно. Женька водил зажигалкой по небу, от одного знака зодиака к другому, сопровождая свою экскурсию комментариями, а я мучительно пыталась понять определенно, есть все же у него эрекция или мне показалось. Прижиматься было неудобно, да и, собственно, зачем. Но узнать правду хотелось страшно. Наверное, Женя закончил лекцию по астрономии, потому, что отступил на пару шагов. Я чуть не отпрянула вслед за ним.
- Прикуривайте, барышня. - Он поднес огонек к сигарете, которую я все еще держала губами, - Да, кстати, овощной магазин у вас все-таки слева. Справа, Аленушка, у вас овощной ларек.
Естественно улыбнулся и ушел в квартиру, к Катьке. Сцена из бульварного романа! От длительного пребывания без цели, сигарета прилипла к верхней губе и при первой же попытке вынуть ее изо рта, чтоб выдохнуть дым, куснула кусок кожи. Я вскрикнула, Женечка на кресле всхрапнул. Он скрючился вбок, ему явно было неудобно, но пьяный Морфей цепко держал моего будущего супруга в своих липких лапах. На глаза попалась облезлая короткорукая швабра. Почему-то мелькнуло желание стукнуть ею спящего Женечку.
***
С Катериной у меня были сложные отношения. Когда-то, когда мы учились в университете и жили на одном этаже, мы, можно сказать, дружили. Нас было четверо самых ярких девчонок в студенческой общаге того времени. Не то, чтобы мы были красавицы, но каждая из нас в отдельности была неординарным человеком, а вместе мы были просто замечательной командой.
Потом Катьку понесло. Ее взяли на телевидение, причем на первый канал, в довольно престижную программу. Правда, платили, как и всегда на первом, мало. Отсутствие денег и взыгравшее самолюбие принесли свои неприятные плоды - Катька стала банально завираться. Она придумывали невероятные истории про телевизионных людей, про свои знакомства со знаменитостями, про не существующих поклонников с громкими фамилиями и даже про наезды некой мафии с целью заполучить имеющиеся в ее распоряжении разоблачительные видеокассеты. Короче, полный бред. Врала Катька так самозабвенно и искренне, что начинала верить сама. Временами хотелось просто дать ей по роже, но доказать вранье было трудно, да и не хотелось тратить время на такую фигню. Впрочем, по натуре своей Катерина была незлоблива и ее вранье никому не причиняло вреда. К тому же, я помнила ее милой заводной девчонкой и смотрела на новые выкрутасы снисходительно.
Сегодня Катька была мрачна. Одежда соответствовала настроению - вся в черном, в длинной до пят юбке и крепко обнявшей ее грудь, кофточке. Она мрачно курила, взгромоздившись на высокую барную табуретку в рекламном агентстве, где я работала последний год.
Я взяла себе кофе с лимоном и подсела к ней.
- Ну, чего у тебя случилось? Что за сопли в телефонной трубке?
- Ты знаешь, у меня такое чувство, что у него кто-то есть. - Катерина выпустила сигаретный дым на мою новомодную блузку с размытыми треугольниками.
- С чего это ты взяла?
Это была ошибка. Следовало сказать что-то вроде: "Да ты что, да вряд ли, он так тебя любит". В таком духе. Я же, по сути дела, заинтересовалась не самим фактом, а тем, как она это смогла вычислить. Впрочем, Катька не обратила внимания. Я, жуткая перестраховщица, как всегда напридумывала себе сложнее, чем все есть на самом деле.
- А как ты своего дожала до женитьбы?
- Видишь ли, у него уже был один законный брак. Он уже не боится.
- А вчера опять попыталась завести разговор о том, что можно было бы и оформить наши отношения. В конце концов, ведь практически ничего не изменится. Он и так уже живет у меня. Просто будут у нас эти набившие оскомину штампы в паспортах.
Интересный народ, мужчины. Живет у Катьки, а мне говорит, что дома. Причем, мне совершенно все равно, и я даже ни разу его не спрашивала. Нет, надо проявить инициативу, чтоб обязательно наврать. Не понимаю.
- И чего он? - я поймала себя на мысли, что мне бы хотелось услышать грустную историю о том, как Женька в грубой форме сообщил моей подружке, что на ней конкретно он никогда не женится.
- Ты же знаешь мужиков: ни да, ни нет. Переводит разговор на другие темы.
- А ты?
- А я опять за свое.
- А он?
- Вообще замолкает.
- Нда: Как он неоригинален.
- Что мне делать, ты же типа умная, подскажи.
- Вот именно, типа умная. Никто, Катька, не знает ответов на такие вопросы. Мы не знаем, почему нам интересно с одними людьми, а с другими - не интересно. Хотя, может быть, те другие гораздо образованнее и интеллектуальнее. Мы не знаем, почему мы не хотим картинных красавцев и трясемся от одной мысли о каком-нибудь уроде. Так же, Катерина, мы не знаем, почему одни из них нам делают предложения, а других, при всей большой любви, под пистолетом в загс не приведешь.
- Да уж. - Согласилась Катя. - Я, кстати, тебе удивляюсь. Я бы, наверное, не согласилась на брак с разведенным мужчиной, тем более, если у него есть в бывшей семье ребенок.
- Ерунда. - Я тоже вытащила сигарету, - Ты помнишь, сколько у меня было мужиков? Если предположить, что я была замужем хотя бы за каждым третьим: Знаешь, столько не живут.
- Но ты же не завела детей!
- Ну а он завел. Ему было 18 лет, когда он женился. И потом, у него чудесная дочь, я с ней знакома. Очень любит лошадей. Представляешь, все девочки любят кукол, а эта - лошадей. Игрушечных и вообще. Сейчас к куклам Барби стали делать таких длинноногих лошадей с гривами. Я ей такую купила, вроде от папы.
- Ага, купила вроде от папы: - Катька ухмыльнулась. - Ты еще на воспитание возьми.
- Будет необходимость - возьмем. - Этот разговор, и Катькина стервозность, взявшаяся вдруг, стали меня напрягать. - Но, думаю, не понадобится. У нее хорошая мать.
- А чего же он тогда с ней развелся?
- Да потому, что козел молодой был. Катерина, прекрати выделываться, как будто ты хуже, чем есть на самом деле.
Катька поджала губы и замолчала.
"Все-таки я сука" - такая простая мысль пришла мне в голову, когда я смотрела в окно, на уходящую к метро Катерину. Ведь у меня есть Женечка, а Катьке вечно не везло, если разобраться. Ведь мне ее Женька, хотя он и хороший человек, совершенно не нужен. Ан, нет! Вот сидела я, пила свой кофе, курила свой "Вог" с ментолом, а в голове, нет-нет, да и промелькнет ревнивая мысль. Все-таки бабы - стервы. Даже такие милые, как я. А все мужики - сволочи. И блядуны. Даже такие спокойные и верные, как : Интересно, а у Женечки кто-то есть?
***
Женька "появился" у меня одним похмельным майским утром, чем меня же весьма удивил. Я попыталась приподнять голову над подушкой. От висков к середине лба немедленно метнулась резкая боль, задержалась на переносице и обхватила голову железным обручем. Тут помню, тут не помню. Помню, мы с Женькой, парнем моей подруги Кати пили вино "Сангри", помню, брали такси, помню, Женька помогал мне снять туфли. А потом - не помню:.
На кухне что-то шипело и, судя по звукам, брызгалось жиром на мою свежевымытую плиту. На колченогом столике, который мы с Катькой предпочитали называть журнальным, стояла чашка кофе. Вероятно, это и было то пресловутое кофе в постель, о котором так много все говорят. В дверном проеме появился Женька в домашних шортах моего Женечки. Интересно, как он в них смог влезть? Шорты натянулись до скрипу и рельефно обрисовали комплекс мужских достоинств своего гостя.
- Ты ешь по утрам яичницу с сыром? - Деловито спросил Женя, из чего я сделала вывод, что он лазил в моем холодильнике.
- А что ты там вообще делаешь?
Готовлю завтрак. Твой кофе у же остыл, можешь убедиться в это пальцем.
Какого фига, вообще?! Встал раньше меня, облазил весь холодильник, наварил кофе, как герой-любовник и теперь еще гадит на моей плите. Слишком много о себе возомнил.
- Я по утрам не люблю кофе, у меня потом изжога.
Кофе воняло на весь дом, я облизнулась на чашку, но выдержала мерзостную физиономию и гордо отправилась в ванную. Но почему приходится терпеть мужчин еще и утром. Вечером они так милы и симпатичны, а с утра, они просто мешают заняться своими делами. Чертов алкоголь. Если бы российский народ реже напивался, то рождаемость была бы на порядок ниже. Я уверена, что девять десятых всех детей - дети праздников и вечеринок.
Я открыла кран, в морду мне ударила сетка воды из душевой кишки. Причем, воды холодной. От неожиданности я чуть не свалилась на унитаз, крышка которого, теперь почему-то была поднята вкупе с сидением, как будто тут живут люди, писающие стоя. Во время своего краткого, более-менее прилично завершившегося, полета, я успела произнести длинную фразу, построенную при помощи узкого пласта лексики, именуемой в лингвистике нецензурной бранью. После этого, не тратя времени на одевание халата, я выбежала в комнату и свершила действие, которое не делала еще никогда: я просто так выгнала человека из квартиры. Надо отдать Женьке должное, он молча, очень быстро собрался и ушел.
Наконец, можно было спокойно принять душ, выпить кофе, съесть яичницу и пойти на работу.
Это было, как несложно догадаться, первое общее утро у нас с Женькой.
Потом я мучилась угрызениями совести за собственную грубость. А через неделю Катька с Женькой пришли в гости на чай, и Катька выглядела такой счастливой, что вместе с радостью за подругу, в темных глубинах моей души вдруг шевельнулась ревность. Кроме того, я совершенно не помнила, как мы с Женькой трахались, а потому, получалось, что он вроде со мной спал, а я с ним нет. Короче говоря, мы встретились еще раз. И еще раз. И встречались почти месяц довольно часто, хотя мы с Женей к тому времени уже подали заявление о браке.

***
С папой и мамой будущего мужа у меня еще не сложились отношения. Я списывала это на непродолжительность знакомства и не тесное общение. По крайней мере, ничего против нашего решения пожениться не было сказано с их стороны и недовольство моим лимитным происхождением еще не прорисовалось. Что касается последнего, то я ждала. Основой для ожидания послужила экстравагантность поведения жениной мамы. Судя по всему, она была стервь еще та, и к тому же не блистала умом и сообразительностью. Однажды, в присутствии гостей, картинно восторгаясь моей быстротой накрывания непритязательного стола, она остановила меня за подбородок (что само по себе сильно раздражает) со словами: "Ну, как вам моя хохлушечка?". Гости, предварительно принявшие на свои волосатые чиновничьи груди, одобрительно зашумели. Мне захотелось продемонстрировать зубы для полноты картины. В другой раз, когда мы с Женечкой заехали буквально на полчаса и он полез в холодильник в поисках бутерброда, мама, нахмурив свой узенький лобик, процедила сквозь зубы: "Женя, ты же знаешь, что хлеба на бутерброд нет, я же не знала, что ты с гостями приедешь". Хочу уточнить, что кроме меня, будущей родной снохи, Женечка никого в дом не привез. Я промолчала, будущий муж не обратил внимания. Зато мама хорошо выглядела на свой возраст и Женечка предполагал, что имела любовника. Даже предполагал, кого конкретно. Женин папа был тенью, о нем я пока мнения не имела.
Как мы и договорились с Женечкой, я звонила ему всю вторую половину нудного рабочего дня. Увы, безрезультатно. Трубку никто не брал, но ввиду того, что у меня был ключ, как у будущего члена семьи, я поехала самостоятельно, на метро.
Воспользоваться ключом мне не пришлось, Женечка уже был дома и жарил блины. Причем, не вульгарные оладушки, а тонкие, на всю сковородку блины, в которые можно заворачивать все, что под руку попадется. У меня никогда не получались такие. Мои выходили либо толстые, как недоношенные пироги, либо расплывались на сковородке подгоревшими дырявыми недоразумениями. Женечка же готовил виртуозно, если был в ударе. Он у меня вообще умничка, если не считать приступов самолюбования, иногда случающихся. Но, кто без недостатков? Я, лично, так вообще, еще тот подарок.
- Проходи, проходи. - Женечка заторопился на кухню. - У меня тут процесс. Я решил, что если уж не смог за тобой заехать, то надо хоть подготовиться к встрече.
Посреди стола стояла роскошь - открытая баночка красной икры.
- Ты опять в материных закромах рылся? - Осенила меня страшная мысль.
- Все в порядке. Этих закромов на две жизни хватит.
- Жень, я думаю, что ты поступил неправильно.
- Все в порядке, я тебе говорю. И прекращай вести себя так, как будто ты в глубоких гостях. Тебе здесь жить. - Он дотянулся до меня и чмокнул в щеку.
Нда. Мне здесь жить, что самое неприятное в этом браке. Я, разумеется, голосую за съем квартиры, но коренному москвичу этого не понять. Зачем платить деньги за чужое в хреновом состоянии, если свое, привычное с детства, гуляет бесплатно. А то, что для второй половины твоя семья никогда не будет настоящей семьей, а останется более-менее знакомыми, но чужими людьми, с которыми насильственным над собой образом ей придется делить бытовые и не только интимности, этого он понять никогда не сможет. Тут Женечка неоригинален. Дома я могла бы сказать что-то вроде: "Папа, отстань от меня с этой икрой, иначе я ее всю выброшу в окно", а тут буду молча слушать причитания по поводу дороговизны и расточительности и копить в себе отрицательную энергию.
- Как работалось? - Женечка был явно в добром расположении духа.
- Как обычно - скучища.
- Уходи ты из этого агентства. Реклама - это явно не твое.
- Интересная мысль. Я, честно говоря, не знаю, что мое. Да и уходить, я думаю, надо не "от", а "к".
- Вот и просидишь там до пенсии.
- Пенсии у нас с тобой, Женечка, не будет, судя по официальной зарплате, из которой идут отчисления в пенсионный фонд. В старости мы будем нищие.
- Ладно, давай кушать. Пенсия скоро, надо успеть наесться впрок. - Женечка водрузил финальный блин на натюрмортную горку подобных же, и поставил чайник.
Вообще-то, я люблю пищу, которая дорого стоит и считается деликатесом, но к с красной икре весьма холодна. Обижать Женечку не хотелось, потому пришлось затолкать в себя два блина, чувствуя, как на зубах лопаются склизкие рыбьи яйца, брызгая вязким содержимым и обволакивая, как болотная жижа, невинные сладкие блинчики.
После ужина мы трахались прямо на кухне, на жестком маленьком коврике у стола, куда меня завалил пылкий Женечка с необузданным, после блинов желанием. Я подметала волосами хлебные крошки, сжимала ногами Женечку и теплые ласковые волны тихого блаженства пробегали по моему телу от пяток к голове, вымывая мысли о нищенской старости, о Женьке и о грядущих неприятностях совместной жизни с родителями.
***
-А что ты сделаешь, если узнаешь, что я тебе изменяю?
- Я вызову его на дуэль.
- Нет, я имею ввиду, ты меня бросишь или нет?
- А ты что, собралась мне изменить? - Женя набычился, от чего его физиономия приобрела немного нелепый вид. Слишком уж неестественны для него, вечного весельчака и души компании, такие гримасы.
- Нет, конечно. - Странно, вру и даже угрызений совести нет.
- А почему спрашиваешь?
- Так, просто интересно.
- Ты смотри мне. - Женя состроил грозное лицо. - Не вздумай.
- Ты тоже смотри мне. Есть такая мудрая мысль: если ты трахаешь чью-то жену, то помни, что в этот момент кто-то может трахать твою.
Женя засмеялся и, нагнувшись ко мне, почти по-дружески чмокнул в щечку. Все-таки он очень самоуверенный человек. Но, рядом с ним мне беззаботно и тепло, как на пляже. Я удобно устроилась у стенки, за женечкиной спиной, с журналом, который стянула из его сумки. Это был новый "Плейбой"; мой будущий муж ежемесячно приносил свежие номера с работы.
Женечка болел за футбол, время от времени поворачиваясь ко мне и увлеченно комментируя события, я ему поддакивала, с открытого балкона шла приятная вечерняя прохлада. Из бабушкиных часов выехала облезлая деревянная кукушка и сообщила, что до конца ненавистного матча осталось всего минут двадцать. Я мысленно пообещала кукушке подкрасить клюв карандашом для век, купленным за страшные деньги. Девки в "Плейбое" подобрались неудачные, с какой-то милитаристской темой. Из журнала выпала маленькая фотография.
С фотографии на меня смотрела чудесная пара - высокий худощавый юноша с развевающейся на ветру шевелюрой офигительных черных волос и коротко стриженная рыжая девушка с одухотворенным лицом. Молодой человек обнимал девушку за плечи, да, собственно, правильнее было бы сказать за грудь. На фотографии стояла дата - прошлые выходные. В юноше я признала своего Женю.
***
Женька сидел напротив, попивал пиво, и щуря один глаз от солнца, смотрел на меня. По его лицу бегал солнечный лучик. Лето, все же, установилось теплое и ласковое без весеннего холода и изнуряющей жары. Мы сидели за столиком с витыми ногами в открытой кафешке, что у станции метро Площадь Ногина.
- Однако, ты строга. - наконец сказал Женька. - Мужик перед тобой так унижался, а ты, стрвь, не простила.
- Я же еще и стрвь! Ты б его раньше пожалел, когда ко мне на чаек напросился.
- Ну, ладно, ладно, не кипятись.
- Ты когда на Катьке женишься?
- Никогда.
- Почему это? Чем она тебя не устраивает?
- Всем устраивает. Но я на ней не женюсь, это я понял сразу.
Женька прищурил глаз, пытаясь разглядеть мою физиономию сквозь солнечного зайца.
- Вот на тебе , может и женился бы. - Он взял мою руку в ладони и спрятал ее от себя.
Что-то следовало ответить. Поблагодарить за оказанное доверие и сказать, что я думаю, что мы действительно могли бы составить неплохую пару. И это не было бы ложью, я действительно так чувствую. И морально-этическая сторона, а именно, отношение Катьки к этому факту не было бы решающим. В таких вопросах, если быть честным, увы, никто никогда не принимает решения исходя из морально-этических догм. Да и к тому же, я теперь свободна, а Женька не чувствует себя связанным обязательствами. Но: я ничего не сказала. Не знаю, почему. Наверное, это называется "не судьба".
- Мне пора. - Прервал Женька наше обоюдное молчание.
- Пока.
- Интересный ты человек. Прежде чем убрать свою руку из чужих ладоней, обязательно их пожмешь.
- Ты меня идеализируешь.
- Нисколько. - Женька наклонился за сумкой. - Я тебе позвоню.
- Позвони.
- Я тебе завтра вечером позвоню.
Женечка, собравшийся уже уходить, притормозил.
- Конечно, позвони.
- После восьми?
- После восьми.
- Ты будешь дома?
- Помнишь моего плюшевого зайца? Если меня не будет, то он возьмет трубку.
Я улыбнулась и отгородила свои глаза темными очками.
Женечка помахал рукой и зашагал в сторону метро.
Я откинулась на плетеную железную спинку стула, сняла очки и осмотрелась. Кафешка была довольно мила, мои новые, цвета беж туфли, купленные себе же в подарок после нервного потрясения с неудавшимся браком, выглядели сногсшибательно, за столиком напротив сидел невысокий, коротко стриженный молодой человек и читал моего любимого Довлатова. Завтра начальник слезно обещал выплатить зарплату, из-под стола возникла пушистая лупоглазая кошка и, заурчав, потерлась головой о мои голые красивые ноги. Я вдруг потянулась, изогнув спину и запрокинув назад руки. Обычно я себе такие вольности в общественных местах запрещаю. Но сейчас мне было наплевать, потому что я чувствовала, что у меня все хорошо, я молода, умна, образованна и сексуальна. И уверена в себе, потому что у меня все получится. Особенно в таких туфлях. А Женечка? Значит, тоже не судьба. Ну что я могу поделать, если не получилось простить? Ну, не получилось! Изменить получилось, а простить не получилось, и не собираюсь я тратить свои лучшие годы на обдумывание, почему так, и что за великая психологическая тайна в этом зарыта.
- Девушка, Вы забыли очки на столике.
Коротко стриженый юноша, отложив книгу, уже шел ко мне, протягивая очки и улыбаясь.